журнал | о конкурсе | условия | жюри | лауреаты | пресса | спонсоры | контакт

2016, №3

Нармин ЭФЕНДИЕВА
Летний эпизод

№1 №2 №3 №4

   Они встречались уже полгода. Ветреную, дождливую зиму сменила ароматная, коротенькая  весна и пришло жаркое лето. Их чувства росли со сменой сезонов. Оба были энергичны, оптимистичны, свободны. Ей было 42, ему – скоро 50. Каждый переживал бог весть, которую молодость и со знанием дела переживал ее от всего сердца, торопясь, не вдаваясь в детали и не обращая внимания на происходящее вокруг. Их считали гармоничной парой, они относились к категории «безвозрастных»; им можно было дать на вид 28-35-44 года, кто, как оценивал. Оба держали пульс времени, а значит, следили за своим весом – он не должен был быть выше…, и за настроением – оно не должно было быть ниже определенной грани. Оба понаделали массу ошибок в прошлом, из которых по-выделали четкие уроки для будущего. Этаких две птицы-Феникса.
   У нее был коротенький контрактик на лето – она ездила в районы с тренингами, он работал в пределах Абшерона, недалеко от Баку.
В этот раз он решил ее встретить на кругу, где пересекаются две дороги,  из которых одна ведет на западную часть страны (туда, откуда она возвращалась), а другая – на север, и на северную часть Абшерона – на северные пляжи Каспия.    Она пересела из такси на его маленькую, аленькую машину, которую называла божьей коровкой, и они помчались навстречу северному ветерку, к золотым пляжам деревеньки Новханы. По дороге решили остановиться у шашлычной и взять кебаба из печени в лаваше. Когда доехали до пляжа, солнце уже склонялось к западу и белые барашки волн начинали золотеть. Волны были высокие и нескладные, так как дул небольшой северный ветер, а дно моря было неровным. Но чтобы добраться до волн, надо было долго идти в воде по колено, пока берег не превратится в желтую полосу, а алая машина – в божью коровку.
   Она рвалась в море, а у него разыгрался аппетит. Ветерок его еще более усилил. Они навернули в беседке печенки с лавашом и овощами, попили воды, переоделись в купальники. И тут он решил остаться на берегу и просто походить по песку и мелким волнам, а она, так соскучившаяся по морю, пошла навстречу синему горизонту.
   По дороге с ней поздоровался немолодой,  сухопарый дядька, с белой щетиной. Он был чуть-чуть навеселе. Дядька улыбался и что-то говорил про высокие волны. Она поулыбалась в ответ  и пошла дальше, врезаясь коленями, бедрами,  животом и наконец, грудью в теплую  пену. Достигнув плавной, не пенистой волны, она начала на ней балансировать – ушла в детство – ныряла в нее с головой и выныривала с обратной стороны. Дядька, увидев это, подплыл поближе, тоже стал балансировать на волнах, но не переставая что-то говорил о воде, о ветре, о волнах и о неровном морском дне…  Но это ее не отвлекало.    Солнце, пена, желтый берег, зеленая вода, алая машинка и крошечный силуэт любимого на берегу, все смешивалось как в калейдоскопе. Вода булькала в ушах, пена шипела, пальцы ног глубоко зарывались в мелкий песок, когда она достигала дна… Как в детстве.
   Прошел целый век, когда она устав от борьбы с волнами начала всматриваться в берег. Она увидела, как дядька, до сих пор не умолкавший, сейчас также убеждает в чем-то ее любимого. Там, на берегу. Он поднял руку и стал махать, мол, выходи, хватит. Она послушалась и, подхватываясь волнами, направилась к  берегу. К нему. Он обнял ее, дрожащую, укутав в полотенце. Объяснил, почему не пошел купаться – очень плотно поел. А потом, показав на дядьку, сказал: «Знаешь, что говорил этот человек?». «Он мне сказал, папаша, отзовите вашу девочку. Она там,  маленькая, совсем одна…Волны, ветер, неровное дно, не ровен час…»

Вернуться к содержанию журнала

Vadimedia